Приготовления

Да! Все верно! Бесспорно, хотелось бы сразу же начать разбор интереснейшей агады, не раздумывая и без лишних расшаркиваний взявши старт, так сказать, «с места в карьер», уж больно она хороша! Однако, дабы толково и добротно разобраться во всех тонкостях и нюансах, покорнейше предлагаю вам воспользоваться нашим временем, которое мы планируем провести вместе с вами за чтением этой статьи, и перво-наперво разобрать талмудическую и галахическую стороны обсуждаемой темы, раз у нас такая взаимность и вы решили познакомиться с данным очерком.

И начнем мы с тезисного и разносторонне емкого описания еврейского распорядка дня – от стадии, предшествующей утру, и до зенита солнца на небосводе.

Фаза первая. Зманей а-йом, или же распорядок дня

Зманей а-йом – это термин, который обозначает различные этапы галахического распорядка дня. По времени суток определяется время, когда необходимо соблюдать те или иные заповеди или срок действия тех или иных запретов. Все времена галахических суток измеряются в соответствии с природными явлениями, такими как закат и восход солнца, а также в соответствии с вычислениями, делящими день на двенадцать галахических часов.

Все параметры варьируются в зависимости от продолжительности дня и ночи, а также от географического положения и условий местности.

Одними из главных пунктов галахического распорядка дня по праву являются три обязательные молитвы. О них фундаментально сказано в Вавилонском Талмуде, трактате Брахот 26Б, где Раби Йосе, сын Раби Ханины утверждает, что молитвы установили праотцы, а Раби Йеошуа бен Леви заявляет, что молитвы установлены напротив постоянных жертвоприношений. Но тогда почему же время молитвы Шахарит до полудня? Потому что утренний тамид (постоянное жертвоприношение) мог совершаться строго до полудня…

Однако Иерусалимский Талмуд Брахот 4:1 указывает еще одну причину:

«Откуда мы учим о трех молитвах? Раби Шмуэль бар Нахмани сказал: „Напротив трех времен, в которые день меняется для творений“. Утром следует сказать: „Я благодарю тебя…что ты привел меня из тьмы к свету“. В послеполуденное время следует сказать: „Я благодарю тебя… и так же, как Ты позволил мне увидеть солнце на Востоке, чтобы я удостоился увидеть его на Западе“. Вечером нужно сказать: „Да будет Твоя воля… так же, как я был во тьме, и Ты привел меня к свету, так и Ты выведи меня из тьмы к свету“».

Касаемо данной парадигмы о взаимосвязи молитв и движения солнца есть несколько важных комментариев, которые помогут нам понять некоторые нюансы и, в частности, причину, по которой именно такое отождествление не на слуху у большинства соблюдающей еврейский закон публики. Кроме того, для более точного понимания сказанного стоит упомянуть сказанное в Иерусалимском Талмуде, в трактате «Брахот»: великие мудрецы читали молитву Минха прямо на стадии „красноты заката“, то есть уже практически на исходе дня, и это поведение ставится в пример, правда, как замечает и удивляется комментатор Арух а-Шулхан [1], данный путь не нашел соответствующего отклика у законоучителей ранних поколений. Кроме того, молитва Маарив, или же Арвит, совершалась сразу же после того, как появлялись звезды, сообщающие о том, что пришла тьма и наступила ночь. Утренняя молитва Шахарит в идеальных условиях начинается еще до восхода солнца, а к моменту начала амиды молящегося настигают первые лучи солнца. В данных условиях четко прослеживаются все изменения в движении солнца. Рав Хаим Каневский [2] в своем комментарии на Иерусалимский Талмуд замечает, что Талмуд в этом месте даже не собирается указать, что мы обязаны будем произносить вышеперечисленные слова. Это лишь ответ на поставленный вопрос: почему мудрецы постановили три обязательные молитвы. А сами эти благодарности – это лишь дополнительное намерение в соответствующей признательности Вс-нему, но не более того. Арух а-Шулхан в своем комментарии на Орах Хаим 1:29 замечает, что данная парадигма и подход как таковой не нашел отклика у законоучителей ранних поколений, поэтому мы не ориентируемся на данное изъявление. При этом Хафец Хаим [3] в книге Мишна Брура, в самом первом комментарии Беур галаха на Орах Хаим 1:1, заявляет, что было бы очень хорошо, если бы человек декламировал вышеуказанные благодарности перед началом каждой молитвы, и данный подход вы сможете обнаружить в таких сидурах как «Тфилат Йосеф» и «Вильна». Кроме этого, данная тема также поднимается в Иерусалимском Талмуде, в трактате Нида 1:6, где обсуждается вопрос проверки чистоты для женщин, которые имеют дело со святынями или трумой. Цитата: «[В мишне сказано:] дважды [в день] она должна проверить себя…» [Талмуд приводит пояснение:] Раби Йосе сын Раби Буна сказал: «Напротив двух времен, в которые день меняется для творений».

Итак, о чем же здесь повествуется. Обратимся к комментаторам. Пней Моше [4] объясняет, что мудрецы постановили проверки чистоты утром, то есть в конце ночи, и вечером – в конце дня. Таким образом, чистый утренний осмотр показывает, что она не сделала святыни ритуально нечистыми ночью, а вечерний осмотр показывает, что все святые вещи, с которыми она имела контакт днем, остались чисты.

Однако, по мнению комментаторов Гелион Эфраим [5] и Айин Яфа [6], дело здесь совсем в другом. Они заявляют, что мудрецы были обеспокоены совершенно иным вопросом – переход от ночи ко дню или от дня к ночи сам по себе способствует кровотечению подобного рода. Поскольку сам процесс этой точки сопряжения дня и ночи или ночи и дня, как и любой переходный этап, сильно влияет на все создания, это влияние может восприниматься как травмирующее и даже пагубное. И на данном этапе смело можно задать вопрос – это все, конечно, очень интересно и познавательно, но почему мы уделяем такое пристальное внимание этому вопросу?! Мы обратимся к вышеприведенному обсуждению, когда соберемся подводить итоги, и все это понадобится как важный «кирпичик» для той толики возможного понимания красоты величественного, великолепного и многогранного гобелена мироздания.

На следующем этапе мы переходим на разбор пунктов зманей а-йом, или же распорядка дня. Для полноты картины бесспорно нужно было бы расписать все мнения и расчеты касаемо реперных точек и, как следствие, продолжительности нижеприведенных периодов. Однако это очень сильно уведет нас в сторону и распылит и без того тонкий фокус внимания на бесчисленные нюансы, а посему мы будем с вами балансировать в моменте между тем, чтобы напропалую нырнуть в безбрежное море деталей и компонентов и при этом, Б-же упаси, не свалиться в откровенную профанацию.

Дайджест по ключевым пунктам:

«айелет а-шахар», или «лань зари» [ איילת השחר ]
– по сути не является пунктом в списке распорядка, однако упоминается в ТаНаХе как время пробуждения царя Давида спозаранку. Талмуд описывает это явление как два луча (или же рога) света, которые показываются на востоке в предутренней поре. Некоторые современные законоучители определяют это как феномен зодиакального света (за подробностями обращайтесь в книгу а-Зманим бе-галаха 21:12 и книгу «Алей Йона» Рава Йоны Марзбаха, параграфы 23-30). Иерусалимский Талмуд в трактате Брахот 1:1 упоминает, что лань зари наступает до зари за время, необходимое среднестатистическому человеку, чтобы пройти четыре мили, и об этих четырех милях мы поговорим немного позже.

«алот амуд а-шахар», или же «утреняя заря» [ עלות עמוד השחר ]
– это момент времени, когда на восточном горизонте начинает появляться свет. Существует несколько методов расчета его времени:
1.) за 90 минут до восхода (когда солнце на 20° ниже горизонта);
2.) за 72 минуты до восхода (когда солнце на 16,1° ниже горизонта).
Заря – это время начала светового дня, и по сути закона Торы все дневные заповеди можно исполнять с этого времени, однако мудрецы постановили, что все дневные заповеди лехатхила (изначально) исполняются только лишь с восхода солнца, однако бе-диавад или в стесненных обстоятельствах исполняется со времени зари и засчитывается в исполнении. От зари до восхода солнца проходит время, необходимое среднестатистическому человеку, чтобы пройти четыре мили, и об этих четырех милях мы поговорим немного позже.

«мишеякир», или же «чтобы различить» [ משיכיר ]

– единственный период, для которого в талмуде не указывается какой-либо темпоральной меры. Используется как начало времени, когда можно благословить на цицит – то есть, когда станет достаточно светло, чтобы можно было различить при естественном освещении нить тхелет среди белых нитей в кистях на талите (Брахот 9Б и Менахот 43Б). Это время варьируется в зависимости от широты. Рав Моше Файнштейн [7] в Игрот Моше Орах Хаим 4:6 пишет о том, что для Нью-Йорка это время составляет от 35 до 40 минут от старта зари.

«нец а-хама», или «же восход солнца» [ הנץ החמה ]

– это момент, когда видна первая точка от солнечного диска. Все заповеди, выполняемые в течение дня, например, трубление в шофар или обрезание, по сути закона Торы необходимо было бы выполнять на заре, однако мудрецы постановили, что их следует выполнять начиная с восхода и далее, потому что не все люди способны адекватно и безошибочно оценить начало зари, включая возможную путаницу с ложной зарей – «айелет а-шахар» или с яркой заходящей луной.

«конец третьего часа» [ סוף שעה שלישית ]

– это окончание времени чтения Шма утром бе-диавад (пост-фактум). Лехатхила по закону, обозначенному в Талмуде, эту заповедь утром следовало бы исполнить до того, как выглянуло солнце, чтобы завершить последнее благословение, когда выглянет солнце. РАМБАМ [8] по этому поводу пишет в одном из своих галахических респонсов (Блау, 255): «Щепетильность в установлении [именно] этого времени не обязательна, однако то, что приемлемо разуму человека, и есть сие время». Однако для выводов практического закона, так сказать, во всей красе нам нужно будет отправится в кодекс Шулхан арух [9], Орах Хаим, параграфы 58 и 59. 

«конец четвертого часа» [ סוף שעה רביעית ]
– это окончание времени утренней молитвы. В Мишне Брахот 4:1 обозначен спор, о том, до какого времени можно читать утреннюю молитву. Мудрецы говорят, что до полудня, а Раби Йеуда считает, что нужно успеть до четырех часов. Закон установлен по мнению Раби Йеуды, однако в стесненной безвыходной ситуации возможно молиться до времени, указанного мудрецами. Касаемо практических законов времени утренней молитвы, их стоит искать в Шулхан арух, Орах хаим 89:1. Кроме того, это время – критическая точка чтения благословений до и после декларации «Шма», по мнению Рава hАя Гаона [10], которое и вошло в Шулхан арух.
И чтобы понять, как быть с благословениями «Шма» после конца четвертого часа, стоит вдумчиво прочитать комментарий Мишна Брура №27 к Шулхан арух, Орах хаим 58:6. 

«пятый час» [ שעה חמישית ]

–  время, с начало которого запрещено есть хамец 14 нисана по постановлению мудрецов, а получать от него выгоду еще возможно до конца пятого часа.

«хацот а-йом», или же «полдень» [ חצות היום ]

– это среднее время между восходом и закатом, то есть шестой галахический час.

В канун Песаха запрет на хамец по закону Торы вступает в полную силу. Также это самая крайняя точка утренней молитвы бе-диавад, об этом в подробностях говорит РАМО [11] к Шулхан арух, Орах хаим 89:1. Кроме того, вШабат запрещено поститься до галахического полудня. А 9-го ава некоторые траурные обычаи прекращаются в это время. В канун Песаха с полудня возможно приступать к закланию пасхальной жертвы…

И если вкратце, то это та самая остинатная структура, которая понадобится нам в дальнейшем, чтобы правильно понять агаду.

Фаза вторая. Четыре мили и цифры с расчетами

Когда мы разбирали утренний галахический распорядок, то встретили упоминание про расстояние в четыре мили, так вот, настало время уделить этой величине должное внимание. И раз уж мы затронули эту тему, давайте добротно в нее погрузимся, поскольку эта галахическая величина имеет первостепенное значение во многих практических законах, и было бы даже как-то некрасиво оставить столь фундаментальный момент застеленным поволокой из неясности и догадок.  

Итак, для детализации отправимся в Иерусалимский Талмуд, трактат Брахот 1:1. Цитата: «Раби Ханина говорит: „От появления ‚лани зари‘ до освещения восточного [горизонта] человек может пройти четыре мили, и от освещения восточного [горизонта] до восхода солнца четыре мили».

[И на это высказывание Талмуд задает резонный вопрос:] «А откуда мы [собственно] знаем, что от освещения восточного [горизонта] до восхода солнца [человек проходит] четыре мили?» Поскольку написано: «(Берешит 19:15) И лишь только взошла заря…», и написано (стих 23): «И взошло солнце, и Лот прибыл в Цоар.

От Содома до Цоара [расстояние в] четыре мили…»

Отлично! Замечательно! Становится яснее, однако что это за миля такая и связана ли она с известными нам сухопутными или же морскими милями? Чтобы хотя бы отчасти дать ответ на поставленный вопрос, предлагаю без промедления конвертировать эту талмудическую милю в современные единицы измерения, и тогда, исходя из имеющихся систем расчета, у нас получается:

Один миль, по мнению Хазон Иша [12], – 1,152 км; по мнению Рава Авраама-Хаима Наэ [13], – 960 м; по мнению РАМБАМа, – 912 м.

И путем нехитрых арифметических вычислений получаем искомые значения.

Соответственно четыре мили, по мнению Хазон Иша, – 4,608 км; по мнению Рава Авраама-Хаима Наэ, – 3,87 км; по мнению РАМБАМа, – 3,648 км.

Шикарно! Но это все единицы расстояния, а как из этого вывести темпоральную единицу, ведь было заявлено, что это единица временного промежутка! Не извольте переживать, сейчас безотлагательно к нам прибудут расчеты и мнения.

Да, пожалуй, немного больше цифр, чем мы планировали, но все эти детали имеют самостоятельную ценность и используются для расчета множества практических законов.

Как мы уже знаем, галахический день делится на двенадцать равных частей, и соответственно для расчетов нами будут использоваться галахические часы, которые мы подвергнем конвертизации из значений пройденного расстояния, при котором каждый час будет равен обычным 60 минутам, как в дни равноденствия.

Возьмем за основу расчеты из кодекса «Шулхан арух». Человек проходит 1 милю в среднем за 18 минут, а 4 мили между зарей и восходом солнца – за 72 минуты. И эти расчеты зиждятся на сказанном в Псахим (94А-Б), что [среднестатистический] человек способен проходить с восхода до заката 40 миль за 720 минут (или же 12 часов по 60 минут) каждый.

Имеются также расчеты, которые говорят, что человек способен пройти 1 милю в среднем за 24 минуты, а 4 мили между зарей и восходом солнца – за 96 минут, как об этом сказано в Беур галаха и Мишна Брура 15 на Орах Хаим 459:2.

Однако РАШИ [14] на Псахим 94А считает иначе. Человек проходит 40 миль в день с зари и до выхода звезд и из них 4 мили – с зари до восхода солнца и 4 мили – с заката и до выхода звезд. Тогда получается, что с восхода и до заката человек проходит 32 мили.

И получается, что по таким расчетам человек проходит 1 милю в среднем за 22,5 минуты, а 4 мили между зарей и восходом солнца – за 90 минут. Такого же мнения придерживался и Виленский гаон [15].

Итак, касаемо прохождения одной мили у нас имеются три основных мнения:

– 18 минут – Трумат а-дешен [16], (1:123) и Шулхан арух в Орах Хаим 459:2;

– 22,5 минуты – мнение РАШИ и а-ГРА [15] в примечании на Орах Хаим 459:2;

– 24 минуты – обозначено в Мишна Брура, комментарий 14 на Орах Хаим 459:2.

Подытоживая темы расчётов и мнений стоит заметить крайне важную идею. Конечно же, мы неизбежно сталкиваемся с некоторым расхождением во мнениях и определенными разногласиями по поводу вычислений, и это нормально для нашего положения в данный момент. Мы неустанно ждем прихода Пророка Элияу [17], который, так сказать, расставит все точки над «i». Практическая галаха использует общепринятый стандарт, и для необходимой детализации стоит обратиться к раввину. Кроме того, стоит заметить, что при практических расчетах длительности того или иного периода времени мы будем использовать галахические минуты, которые связаныс галахическими часами, о которых мы говорили ранее, и посему длительность данной минуты будет разниться в зависимости от времени года и продолжительности светового дня. Данный пункт следует запомнить, поскольку мы вернемся к этому моменту в урочный час подведения итогов, а сей миг близок.  

Фаза третья. Пуримская лань зари

Ну что же, после скрупулезного изучения деталей и кропотливой калькуляции расчетов мы с чувством выполненного долга смело можем перейти к долгожданному рассмотрению и анализу агадической истории. Без сомнения заявляем, что мы это заслужили!

Иерусалимский Талмуд, трактат Брахот 1:1. Цитата: «Говорит Раби Йосе сын Буна: „Касаемо айелет а-шахар, всякий, кто отождествляет лань зари с планетой Венера (ориг. кохавта или же утренняя звезда), – ошибается; [поскольку] иногда она появляется слишком рано, а иногда слишком поздно. Так что это? [Это] два рога (луча) света, которые поднимаются с Востока и освящают [небо]“».

Талмуд приводит случай, который должен подкрепить данное объяснение. Продолжаем цитирование: «Великий Раби Хийя [18] и Раби Шимон сын Халафты шли по долине Арбела в предутренней поре и увидели лань зари, которая начинала пробиваться [на горизонте]. Великий Раби Хийя сказал Раби Шимону сыну Халафты: «О выдающийся!  Таково будет избавление Израиля! Поначалу мало-помалу, а затем будет [неуклонно] расти и [и увеличиваться по мере продолжения]. Какова основа [для такого весомого заявления]? [Стих из пророков:] «(Миха 7:8) Когда я буду сидеть во тьме, Господь будет светить мне». Также, в начале: «(Эстер 2:21) Мордехай сидел у ворот царских…» После этого: «(Эстер 6:11) И взял Аман облачения и коня…» И затем: «(Эстер 6:12) И возвратился Мордехай к воротам царским…» И далее: «(Эстер 8:15) и Мордехай вышел от царя одетый в царственное одеяние…» И [уже] после этого: «(Эстер 8:16) К Иудеям пришли радость, и веселье, и уважение».

На этом завершается цитирование отрывка из талмуда. Итак, итак, итак! Великий Раби Хия впечатляюще засыпал нас стихами из ТаНаХа и оставил нас в безмерно восторженном состоянии, однако в ожидании каких-либо объяснений! Не мудрено! Здесь скрыты жемчужины, однако, чтобы насладиться их утонченной красотой, будет необходима помощь комментатора, который подобно ювелиру раскроет для нас эту искомую красу. Касаемо агадических историй из талмуда РАМБАМ во введении к его комментарию на Мишну пишет: «Навострить ум учеников и зажечь их сердца. И еще, чтобы заслепить глаза болванов и не осенить их сердец вовек. А если бы им всё же раскрылся свет истины, то в силу неполноценности своего естества они всё равно бы от него отвернулись…». Посему все эти жемчужины надежно скрыты, при этом находясь у всех на глазах. Ради того, чтобы добраться до отблеска этих сокровищ, обратимся к комментарию Харедим [19] и будем придерживаться его курса объяснения и толкования.

Ну что же, в путь! Однако, пока мы не начали, имеется один вопрос, который меня интересует, надеюсь, что вас он тоже «зацепил». Талмуд упорно величает Раби Хию титулом «Великий», и это довольно-таки особенное обращение, поскольку применяется оно в нашей традиции относительно двух особо выдающихся мудрецов – Раби Ошаи [20] и его учителя Раби Хии. По сути, дабы объяснить подобного рода возвеличивание, нам понадобятся как минимум две статьи. Однако, если говорить про ученика Раби Йеуды а-Наси – Раби Хию, то мы найдем огромное количество историй, связанных с ним, как он учил Тору и обучал других, о том, что благодаря ему у нас есть такие труды, как «Тосефта» и сборники «Брайтот», и еще много крайне занятого и восхитительного. Но все же одна из историй вызывает восхищение и трепет. Вавилонский Талмуд, трактат Бава Меция 85Б, – история глубокая и многослойная, требующая детализированного анализа и вдумчивого close reading, мы же используем всего несколько строк: «[Пророк] Элияу часто бывал (был habitué) в академии Раби [Йеуды а-Наси]…

[Раби] спросил: „А есть ли подобные им (праотцам) в мире этом [в наше время]?“ Ответил ему [Пророк Элияу]: „Есть! Раби Хия и его сыновья“. Постановил Раби пост и велел Раби Хии и его сыновьям спуститься (к амуду для хазанута, в то время он находился ниже уровня скамей с участниками, скорее по формату амфитеатра). Сказал Раби Хия: „Поднимающий ветер” – и подул ветер. И сказал он: „Посылающий дождь“ – и дождь пошел. И вот только собрался он сказать: „Оживляющий мертвых“ – и содрогнулся Мир!» Как не крути, но это непревзойденное и впечатляющее свидетельство от самого Пророка Элияу. И исходя из всего сказанного мы можем явно предположить, что слова Раби Хии Великого воистину полны глубины и возвышенного смысла.

Теперь к комментарию агады. Раби Хия Великий обозначил серию из стихов ТаНаХа как обоснование идеи неминуемости избавления для народа Израиля, что если избавление уже начало свое шествие, то оно неминуемо завершится триумфальным финалом, и это неизбежно, как восход солнца.

Итак, первый стих «(Миха 7:8) Когда я буду сидеть во тьме, Господь будет светить мне». Что же скрыто здесь? «Тьма» намекает на изгнание, а «свет» на избавление. Таким образом, наше избавление из изгнания сравнивается с выходом из тьмы ночи к свету дня, и этот выход происходит постепенно, но с неуклонно возрастающей интенсивностью.

Следующий пример связан с отождествлением избавления и событий Пурима, поскольку все последующие стихи как раз и цитируются Раби Хией из мегилат Эстер. Чудо Пурима несказанно четко иллюстрирует аналогию между спасением Израиля и восходом солнца. Да и кроме того, Вавилонский Талмуд в трактате «Мегила» 15Б повествует нам, что Теилим 22, который начинается со слов «… на лани зари», как раз был прочитан царицей Эстер перед тем, как она вошла в тронный зал царя Ахашвероша без приглашения, рискуя своей жизнью, чтобы просить от имени своего народа.

Первый приведенный стих: «(Эстер 2:21) Мордехай сидел у ворот царских…», и это фаза лани зари, то есть предутренней поры, когда есть только лишь намеки на свет, но вокруг еще владычествует тьма. Мордехай сидел у ворот царя, и там он подслушал, как министры Бигсан и Сереш замышляли убить царя Ахашвероша, поэтому он сообщил об этом Эстер, которая предоставила эту информацию царю, и поступок Мордехая был записан в царских летописях. Запись о поступке Мордехая в царских летописях казалась незначительной в то время, поскольку она предшествовала указу Амана, но именно это в конечном итоге вызвало то самое падение Амана. Таким образом, этот инцидент аналогичен «айелет а-шахар» – едва различимым лучикам света на горизонте, которые предшествуют рассвету.

Указ Амана, в свою очередь, аналогичен «тьме перед рассветом».

Следующий стих: «(Эстер 6:11) И взял Аман облачения и коня…» Здесь уже Аман самолично воздает царским почетом Мордехаю за помощь в раскрытии заговора против царя. Это явное отождествление с зарей, когда на востоке лучи солнца только лишь начинают окрашивать горизонт в прекрасный ассамбляж из притягательной палитры нежно-розовых, оранжевых и желтых оттенков. 

После чего незамедлительно идет следующий стих: «(Эстер 6:12) И возвратился Мордехай к воротам царским…» И вот тут нас подстерегает спорный момент. Дело в том, что в параллельной версии данной агады в Мидрашах, в частности в Шир а-ширим Раба 6:16, данный стих не приводится для иллюстрации – такое нередко встречается, когда начинаешь сравнивать Мидраши и Иерусалимский Талмуд. И исходя из этого, комментатор Харедим и Виленский гаон убирают это предложение из текста, возможно сославшись на ошибку переписчика. Однако, если мы не пойдем таким путем, то у нас возникает неясность. Что же здесь неясного? Неясно, почему это считается еще одним шагом в процессе избавления! Напротив, Вавилонский Талмуд в трактате Мегила 16А интерпретирует стих так, что Мордехай вернулся к царским воротам, чтобы возобновить пост и ношение вретища, как он делал с момента обнародования указа Амана. Таким образом, этот шаг, по-видимому, указывает на временный поворот вспять!

В своем комментарии к этому отрывку Рав Хаим Каневский предполагает, что Иерусалимский Талмуд здесь не соглашается с Вавилонским и утверждает, что, когда Мордехай вернулся к царским воротам, он уже не надевал вретище. Таким образом, своим возвращением он показал уверенность в том, что падение Амана вскоре будет полным.

Однако комментаторы Йефе Маре [21] и Маарам Хавив [22] спешат примирить наш цитируемый Талмуд с Вавилонским и делают это следующим образом: заметной чертой присутствия Мордехая у царских ворот был его дерзкий отказ поклониться Аману, и это неповиновение было на самом то деле катализатором указа Амана. Заставив Амана оказать Мордехаю большую честь на публике, царь унизил Амана и оправдал Мордехая, позволив ему вернуться к царским воротам с еще большей решимостью отстаивать свои убеждения.

Осмелюсь предложить сравнить этот стих со стадией утра под названием «мишеякир», или же «чтобы различить». На данном этапе при ретроспективном анализе мы уже можем различить, что курс неминуем и мы идем верным путем. Ретроспективный анализ – это как раз один из самых излюбленных инструментов мудрецов при работе с Мидрашами.   

Итак, следующий стих из цепочки избавления от Раби Хии: «(Эстер 8:15) и Мордехай вышел от царя одетый в царственное одеяние из тхелет и белой ткани, и с большой короной…», и это уже явно указывает на восход солнца, когда с востока пробиваются яркие лучи солнечного света. И [уже] после этого: «(Эстер 8:16) К Иудеям пришли радость, и веселье, и уважение». И здесь уже во всей красе яркая иллюминация, которая бывает в полуденное время, именно в тот час, когда исчезают тени. 

Таким образом, Виликий Раби Хия проиллюстрировал на ярком и бесспорном примере идею того, что если к евреям начинает приходить избавление, то это неминуемо завершается триумфальным финалом зенита славы.

Ну что ж, было обрисовано большое количество интересных мыслей и идей. Чтобы подвести итоги, нам будет необходимо взять искристое сияние от обозначенных выше утверждений, постулатов, суждений, концепций, задумок и помыслов, вычленить из них необходимые лучики и свести их воедино в одной точке. Это будет сродни оптической конвергенции, когда световые лучи, которые исходят от источника, пересекаются в одной точке, в результате чего образуются сходящийся пучок, как например, в технологии кинескопов.   

Фаза четвертая. Конвергенция

Наша с вами статья была заявлена как детализированный разбор агадической  истории об избавлении из галута для народа Израиля, и по сути все наши изыскания вращались именно вокруг данной агады, хотя при этом каждый из этапов исследования сам по себе имеет ценность для дальнейшего изучения Торы.

О характере, сценариях и сути этого избавления обдумано, сказано и написано безмерно много. А сколько было изысканий и расчетов на базе книги пророка Даниэля – их не счесть. Поколениями люди пытались вычислить срок избавления, однако раз за разом поиск завершался неудачей, и это приводило лишь к разочарованию. А стоит ли оно того? Стоит ли проводить огромное количество времени за неустанными вычислениями и построением безосновательных гипотез, чтобы потом с рьяной уверенностью навязать свои ноэмы другим?

Великий Раби Хия с уверенностью нам сообщил, что если избавление уже набрало оборот, то оно неотвратимо приведет народ Израиля в нужную точку путешествия. А задолго до Раби Хии пророки уже сообщили, что избавление неминуемо. На это можно возразить, что в примере Раби Хии все события происходят довольно быстро, стремглав и хлестко увлекая всех участников в бурлящий водоворот событий.  И все стадии восхода солнца избавления из тьмы изгнания хорошо очерчены и очень четко прослеживаются на довольно коротком промежутке времени, а наше изгнание уже настолько затянулось, что не видно конца и края. Все верно! Однако стоит заметить, что в примере Раби Хии за основу взят пример вавилонского изгнания, которое продолжалось не так много времени по сравнению со всей историей еврейского народа. Тогда и хроника избавления довольно стремительна в своем продвижении. Наше изгнание несказанно продолжительно и долговременно по хронологии, однако если учесть вышесказанное в главе про расчеты о том, что галахические минуты и часы зависят продолжительности ночи и дня, то и стадии избавления как восхода солнца тоже могут растянуты по продолжительности, и, возможно, мы уже находимся в одной из таких стадий. Ведь возможно, что чем продолжительнее галут, тем и стадии выхода из него тоже будут пропорционально длительными. Однако, как сказал Великий Раби Хия, что если движение к избавлению началось, то солнце взойдет! Но четко очертить все эти фазы мы будем способны лишь ретроспективно, когда все страсти улягутся и мы сможем спокойно взглянуть и разглядеть все эти стадии, но лишь ретроспективно, и в этом, так сказать, соль игры. 

Но не будем забывать, что сам переход от света к тьме и от тьмы к свету крайне турбулентный и не простой по своей сути. Как раз здесь нужно вспомнить, что такой переход в локальном формате способен привести к кровотечению регул у женщин, так как создания реагируют на такую смену стрессом. А все это только в формате одного дня и смены тьмы и света в пределах одних суток. Теперь представьте, каково может быть, когда весь мир переходит на светлую сторону. Да уж, должно быть, не просто.

Есть очень красивое высказывание, которое уместно в нашем обсуждении: «Прошлое искушает нас, настоящее вводит в замешательство, а будущее – пугает». Грядущее действительно может устрашать, особенно тех людей, которым не чужд анализ и мышление как таковое. Отсюда в частности и тяга к подобного рода расчетам сроков избавления. Хочется поддержки и чуть побольше уверенности в завтрашнем дне, ведь будущее пугает. Но не стоит никогда забывать, что задача еврея не заниматься расчетами сроков, гематрий или прочего, а изучать Тору, делать мицвот и совершать добрые дела. Помощь ближнему помогает не только ближнему, но и в первую очередь вам самим. Вавилонский Талмуд в трактате Йома 9Б называет причину разрушения Второго Храма. Эта причина – беспричинная ненависть.

Возможно, но только возможно, если мы попробуем позаботиться друг о друге, то эта беспричинная ненависть начнет искореняться, но это всего лишь предположение.

Каждое утро, после благословений на Тору мы читаем несколько отрывков из Письменной и Устной Торы. Среди них есть часть Мишны из трактата Пеа 1:1 и брайта из Вавилонского Талмуда, Трактат Шабат 127А. В конце этой брайты приводится важное резюме – «…а изучение Торы напротив них всех»! До этой финальной фразы перечислялись реально благие дела, которые не на словах, а реально способны помочь ближнему, тогда как же в конце приводится такое сухое и книжное резюме?! А дело в том, что именно изучая Тору мы можем понять не только как правильно исполнять заповеди, но и как правильно помочь ближнему. Иногда мы думаем, что действуем во благо, а на самом деле скрыто вредим. Изучение Торы позволит грамотно и правильно помочь тем, кто в этом нуждается без последствий, и только лишь с выгодой для обеих сторон и как следствие для всего мира.

Тогда, глядишь, и избавление начинает ускорять свой ход, попробовать точно стоит.

Ссылки

[1] Рав Йехиэль Михл Эпштейн (1829-1908) – выдающийся законоучитель. «Арух а-Шулхан» представляет собой структурированное резюме источников для каждой главы кодекса «Шулхан Арух» и комментариев к нему.

[2] Раби Шмарьяу Йосеф Хаим Каневский (1928-2022) – величайший мудрец Торы нашего поколения, выделявшийся особенной святостью и Богобоязненностью. Автор многих галахических книг и комментария на Иерусалимский Талмуд. Наиболее известен своим трудом «Дерех Эмуна» о религиозных сельскохозяйственных законах, актуальных для Земли Израиля.

[3] Раби Исраэль-Меир бар Арье-Зеев Акоэн Каган (1838-1933) – выдающийся законоучитель и праведник, духовный лидер своего поколения, известный также как автор книги «Хафец Хаим».

[4] Рав Моше Марголит (ум. 1781) – основной комментатор, охватывающий весь Иерусалимский талмуд. По одной из версий был меламедом у Виленского гаона до достижения им семилетнего возраста.

[5] Гелион Эфраим – комментарий на Иерусалимский Талмуд под авторством Рава Эфраима Дова а-Коэн Лапп.

[6] Айин Яфа – комментарий на трактат Нида Иерусалимского Талмуда под авторством Рава Малкиеля Цви а-Леви Тененбаума из Ломзы (1847-1910), известного своей книгой «Диврей Малкиель».

[7] Раби Моше бен Давид Файнштейн (1895-1986) – выдающийся законоучитель, один из духовных лидеров последнего поколения, крупнейший галахический авторитет США. Автор знаменитых трудов «Игрот Моше» и «Диброт Моше».

[8] Раби Моше бар Маймон (ок. 1135-1204) – один из величайших законоучителей всех эпох, выдающийся философ и практикующий врач.

[9] Кодекс законов под авторством Раби Йосефа бар Эфраим Каро (1488-1575), величайшего из законоучителей всех поколений.

[10] hАй бен Шерира, более известный как hАй Гаон (939-1038) – возглавлял ешиву Пумбедиты (которая к тому времени уже базировалась в Багдаде), то есть носил официальный титул Гаона. Учился у своего отца, Гаона Шерира бен Ханины. На сорок четвертом году жизни был назначен своим отцом на должность главы суда или же «ав бейт дин». Согласно РААВАДу, он был был последним из Гаонов.

[11] Раби Моше бар Исраэль Исерлис (ок. 1530-1572) – один из величайших законоучителей. Его примечания к Шулхан Аруху печатаются внутри основного текста кодекса и являются определяющими для ашкеназских евреев.

[12] Раби Авраам-Йешая бар Шмерияу-Йосеф Карелиц (1879-1953) – духовный лидер и ведущий законоучитель своего поколения.

[13] Рав Авраам-Хаим Наэ (1890-1954) – один из самых известнейших хасидов ХАБАДа. Автор труда под названием «Кцот-а-шулхан», в котором собраны краткие объяснения по кодексу «Шулхан Арух а-Рав» под авторством Алтер Ребе. А в книге Шиурей Тора он связал систему мер, использовавшуюся Рамбамом, с современными единицами измерения.

[14] Раби Шломо Ицхаки (1040-1105) – выдающийся комментатор ТаНаХа и Вавилонского Талмуда, один из величайших мудрецов народа Израиля всех времен.

[15] Раби Элияу из Вильно (1720-1797) – величайший законоучитель и один из выдающихся духовных авторитетов всех времен. Известен также под акронимом а-ГРА или же а-Гаон Раби Элияу (имя начинается на букву алеф).

[16] Исраэль Иссерлин бен Птахия (1390-1460) – талмудист и законоучитель, наиболее известный благодаря своему труду галахических респонсов «Трумат а-дешен», который послужил одним из источников для комментария на «Шулхан арух» Раби Моше Иссерлеса под названием «а-Мапа».

[17] Элияу а-Нави – величайший праведник и пророк. Происходил из колена Гада по отцовской линии. Поскольку Элияу не совершил в своем человеческом воплощении ни одного греха, он удостоился жизни вечной, ведь и если бы Адам а-ришон не совершил того единственного греха, то тоже удостоился бы этого (мидраш Ваикра раба 27:4).

[18] Раби Хия бар Абба, известный также как Раби Хия Великий (ок. 180-230). Являлся связующим звеном между последними поколениями мудрецов танаим и первыми поколениями амораим. Ученик Раби Йеуды а-Наси. Основной редактор сборника Тосефта. Дядя и учитель знаменитого Рава Аббы бар Айбу, известного также как Абба Ариха (Абба долговязый), который в обоих талмудах упоминается как просто «Рав».

[19] Раби Элазар бар Моше Азкари (1533-1600) – выдающийся законоучитель, знаток кабалы и поэт. Автор знаменитой книги «Сефер харедим» («Книга трепещущих»). Написал комментарий на многие трактаты Иерусалимского талмуда, однако, к великому сожалению до нас дошли только его работы по трактатам «Брахот» и Бейца.

[20]  Раби Ошая бар Хама – ближайший ученик Раби Хии Великого, составитель Тосефты, собиратель и редактор барайт. В честь него сборник мидрашей получил свое название, так как первое высказывание в этом сборнике – «Раби Ошая Раба (Великий) говорит…» Слово «Раба» перекочевало в название и закрепилось. Вместе с Раби Хией он завершил редактирование барайт – не включенных в Мишну законов, на которых базируются талмудические дискуссии. В трактате «Хулин» (141А-Б) указывается, что «любая барайта, которую не редактировали Раби Хия и Раби Ошая, недостаточно достоверна и не может служить доказательством при законодательном обсуждении». Также этот тандем завершил составление Тосефты, второго по значению (после Мишны) кодекса законов Устной Торы.

[21] Йефе Маре – комментарий к агадическим разделам Иерусалимского Талмуда, написанный Равом Шмуэлем Йефе Ашкенази из Константинополя (1525-1595).

[22] Маарам Хавив – комментарий под авторством Раби Моше Ибн Хабиба из Салоников. Недоступный в течение столетий, он был впервые опубликован Махон Иерушалаим в 1994 году. Изначально комментарий назывался «Пней Моше», однако, чтобы не путать его с уже известным одноименным коментарием от Рава Моше Марголита, эту работу переименовали. Раби Моше ибн Хабиб (1654-1696) занимал посты Ришон ле-Цион (то есть был главным сефардским раввином Израиля), Хахам Баши (главный раввин Османской империи) и главой крупной ешивы в Иерусалиме. Связан родством с выдающимися раввинами: Раби Яаковом Ибн Хабиб – автором знаменитой аналогии агады под названием «Эйн Яаков» («Источник Яакова»), и Раби Йосефом Ибн Хабиб, автором знаменитого талмудического комментария «Ниммуке Йосеф».